Информационные технологии исправят репутацию районных поликлиник

Российское здравоохранение давно нуждается в модернизации, сегодня это признают все: и врачи, и чиновники, и пациенты, которые поход к врачу все чаще заменяют самолечением, выискивая советы в интернете. Вопрос в том, сколько потребуется на эту модернизацию денег, времени и на какое количество грабель наступят идеологи внедрения информационных технологий, пытаясь найти общий язык с медиками. Первой взялась за грабли Москва.

В столице на запуск единой медицинской информационно-аналитической системы (ЕМИАС) выделено 5,6 млрд руб. на два года. В следующем году обещают добавить еще. Принципиально было решено начать с первичного звена — тех самых нищих поликлиник, которые в народе называют филиалами ада на земле.

Установка терминалов для записи к врачам в амбулаторных холлах, которая стартовала в январе этого года, — первый и скорее вынужденный шаг: для тех пациентов, что совсем не дружат с интернетом. В идеале для этого нехитрого процесса вообще не надо приходить в клинику. Уже сегодня зарезервировать время для посещения врача можно позвонив в круглосуточно работающий колл-центр (8-495-539-30-00), через городской портал госуслуг (pgu.mos.ru) или с помощью бесплатных приложений для мобильных телефонов. Отладить сбои в этом процессе в столичном департаменте информационных технологий (ДИТ) обещают до конца июня, когда все 357 городских поликлиник «отерминалят» и объединят в общую базу.

Собственно, тогда же в полном объеме заработает второй, куда более принципиальный этап программы: система управления потоками пациентов. Мало записаться к врачу, надо попасть в нужное время к нужному специалисту. А сегодня, как известно, далеко не все поликлиники укомплектованы даже терапевтами. Значит, надо объединяться — как физически, так и информационно. До конца 2012 года в Москве обещают создать 47 крупных кластеров на базе хорошо оборудованных амбулаторий — к примеру, поликлиники управделами президента. К каждому такому центру прикрепят от трех до десяти близлежащих районных поликлиник, пациенты которых автоматически станут пользоваться объединенными ресурсами кластера — и человеческими, и технологическими.

По мнению заместителя мэра Леонида Печатникова, такая структура исключит коррупцию, в том числе при выдаче талонов на дефицитные исследования. «Если раньше эти талоны терялись где-то по пути, а клинико-диагностические центры принимали народ за деньги по живой очереди, то теперь такого не будет, — уверяет Печатников. — Пациенты будут получать талоны на, к примеру, компьютерную томографию непосредственно у участковых врачей районных поликлиник». А отслеживать свою очередь, добавляют в ДИТе, — в электронном «листе ожидания». Программа для него уже пишется.

Параллельно готовят к информационному прорыву медперсонал. До конца этого года все 22 тыс. кабинетов врачей городских поликлиник оборудуют компьютерами Lenovo — по словам специалистов ДИТа, одними из лучших персоналок в мире для данной цели: минимум проводов, нет системных блоков, двухъядерный процессор, интегрированные средства защиты информации, встроенные видеокамера, колонки, микрофон. В дальнейших планах ЕМИАС — внедрение электронных рецептов и электронной медкарты, создание программ для обмена медицинской информацией между всеми лечебными учреждениями города, включая частные, федеральные и ведомственные.

Проблема в том, что заинтересованы в этом больше чиновники, которым необходимо отчитываться по статье «модернизация», чем сами врачи. Главврачам поликлиник прозрачность по большому счету не нужна и даже, может быть, вредна. Замученные участковые врачи и хотели бы избавиться от рутины бесконечного заполнения талонов, справок, бланков, журналов, да боятся, что бездушные машины зададут им такой темп, к которому они приноровиться не смогут. Так чего суетиться — ниже поликлиник все равно не сошлют.

Для успеха необходимо стимулирование рядовых участников процесса, говорят эксперты. В США, например, вводя три года назад электронную медкарту, пообещали доплачивать по $2000 в год тем врачам, кто будет вести историю болезни пациента в электронном виде. И сегодня по всей стране наблюдается колоссальный прогресс в деле внедрения медицинских информационных технологий. Нам пока о таком можно только мечтать.

«Ходить по врачам, а не по мукам»

Руководит проектным офисом московской программы информатизации здравоохранения 35-летний экономист Владимир МАКАРОВ. О тонкостях совмещения двух параллельных миров — поликлиник родом из СССР и информтехнологий XXI века — он рассказал «МН».

— В блогах повальную установку терминалов в столичных поликлиниках оценивают примерно как замену асфальта на плитку — «денег некуда девать».

— Да, мы часто слышим от пациентов: понаставили тут железок всяких, лучше бы таблетки дали или пенсию прибавили. И прекрасно понимаем, что по щелчку пальцев ничего не изменится. Сегодня работа в поликлиниках непрестижна, неинтересна, врач занимается в большей степени макулатурой, которая к медицине имеет отдаленное отношение. Средний возраст медработников — предпенсионный, и рассчитывать на то, что как только мы поставим им на столы компьютеры, они сразу начнут электронные медкарты пациентов вести, бессмысленно.

— А что они будут делать на компьютерах? Пасьянс раскладывать?

— Мы умышленно не перегружаем сегодня программный функционал, чтобы не напугать врачей. До конца года каждый из 64 тыс. медиков первичного звена получит личную карточку врача, с которой сможет выходить в систему из своего учреждения. Для начала он на своем «рабочем столе» увидит, кто на какое время к нему записан. А также сможет часть околомедицинской документации — амбулаторные талоны, направления на анализы и другие — заполнять в электронном виде. Фамилию, год рождения, адрес, код страхового полиса — все эти данные заносятся в компьютер, когда пациент записывается на прием, их не надо будет всякий раз заново вводить. Уже экономия времени.

— Но эти документы все равно придется распечатывать?

— Большую часть — да. В нашем здравоохранении есть системная проблема — статус электронного медицинского документа пока не определен нормативно-правовыми актами. Есть решение Высшего арбитражного суда, которое признает электронную запись эквивалентной печатному документу, но тем не менее нормативов нет. Сейчас в Минздраве РФ размышляют над этой проблемой и, думаю, скоро ее решат. Пока же документы, которые напрямую касаются лечебного процесса, придется по старинке заполнять от руки. Но, скажем, лаборатория легко может принимать направления врача на анализы в электронном виде. А результаты выдавать как в электронном — для врача, так и в бумажном — для пациента.

— Как быть с рецептами?

— Больной вопрос. Мы засекали время — на заполнение одного рецептурного бланка, на котором разрешено выписать лишь один препарат, у врача уходит 3,5 минуты. Казалось бы, проще простого завести информацию о льготниках и их лекарствах в компьютерную базу, и пусть получают рецепты в регистратуре. Но де-юре ответственность за выписку рецептов несет врач, на бланке нужна его подпись. Есть, конечно, закон об электронной подписи, который приравнивает ее к обычной, но и тут существуют нормативно-правовые пробелы. Надеюсь, в будущем году мы эту задачу тоже решим.

— А когда перейдете к электронной медкарте?

— Функционал для нее мы до конца года сделаем. Но рассчитывать на то, что с 1 января все медики его освоят, я бы не стал. Те молодые врачи, которые уже сегодня набирают текст на клавиатуре быстрее, чем пишут от руки, получат эту возможность, остальные пусть переходят на новые технологии постепенно. Мы будем понемногу добавлять им программных возможностей. Иначе неподготовленный человек растеряется. Скажет, слишком сложно, не могу. Программа «Информационный город» рассчитана на несколько лет.

— В социальные сети врачи смогут выходить со своих компьютеров?

— Напрямую — нет. Только через терминальные серверы, которые стоят в городском центре обработки данных. То есть в сети врачи работать смогут, но под контролем. Так они вирус или шпионскую программу не подхватят и персональные данные пациентов наружу передать умышленно или неумышленно не смогут.

— А с хамством ваша ЕМИАС поможет справиться?

— Током за грубое обращение он, конечно, никого не бьет. Но мы хотим в рамках нашей программы дать возможность пациентам ставить плюсы-минусы конкретным врачам. Понятно, что к качеству медпомощи напрямую это отношения не имеет. Вспомните того же доктора Хауса — отличного диагноста, но социопата и хама. Пациент не обладает знаниями для оценки качества лечения, но сервис и комфорт он оценить может. На основе этой голосовалки мы будем рассчитывать сводный рейтинг поликлиник.

— Этот рейтинг скорее покажет среднюю температуру по больнице, чем выявит злостных хамов.

— На самом деле главврачи поликлиник и без рейтингов все про своих работников знают, там коллективы-то всего по 60–70 человек. Нам важно не проинформировать главврачей, а побудить администрацию с проблемой бороться. Как только на оперативном совещании главврач увидит, что его поликлиника попала в конец рейтинга, он сделает все возможное, чтобы подняться повыше. Чем не мотивация для работы с персоналом. Хотя, конечно, нельзя забывать, что врачам тоже хамят, что работа медиков первичного звена сегодня крайне непрестижная, черновая, перегруженная бумагами. И что нельзя, с одной стороны, бороться за улыбку пациентов, а с другой — не пытаться улучшить условия работы врачей. Это вещи взаимосвязанные.

— На программу информатизации выделены гигантские суммы. Но неужели от того, что на столе участкового терапевта появится компьютер, его работа станет престижнее? Думаю, зарплата для него важнее.

— Одними зарплатами ситуацию не исправишь. Да и зарплату участковых сегодня не назовешь нищенской — в среднем 62–67 тыс. руб. Знаете, сколько я, советник министра городского правительства, получаю? 35 тысяч.

— Сразу хочется узнать, что вас, успешного бизнесмена, привлекло в этой работе?

— Как мы с друзьями шутим, надо либо менять страну, либо менять страну. Зависит от смысла, который вы вкладываете в эти слова. Я здесь живу. Здесь живут двое моих детей и четверо племянников. Уезжать я не хочу, а потому надо менять саму страну.

— Но как вы на 35 тыс. детей кормите?

— Мой семейный бизнес пока позволяет мне содержать семью, хотя его совладельцем я уже не являюсь. Все мои доходы отражены в налоговой декларации.

— И ваш бизнес никак не связан с информационными технологиями в здравоохранении?

— Нет.

— Тогда скажите, как вы представляете себе конечную цель ваших нынешних усилий?

— Когда мои родные и друзья перестанут приравнивать походы в поликлинику к подвигу, я буду считать, что поработал не зря. Доступность первичной медицинской помощи, больший упор поликлиник на профилактику заболеваний (ведь сегодня молодых людей на диспансеризацию даже силой не затянешь), удовлетворенность врачей своей работой — вот цель нашей программы. А информатизация лишь средство перехода поликлиник на качественно иной уровень работы, который раньше был недостижим чисто технически. То, что мы сегодня делаем, абсолютно ново для российской системы здравоохранения с точки зрения управления ресурсами. Поэтому крайне важно подобрать правильную методологию. Сначала мы внедряем систему в каждой конкретной поликлинике при помощи главврача, который лучше всех знает ее возможности. А потом с департаментом здравоохранения сравниваем показатели: почему в одном учреждении ситуация лучше, чем в другом. Так потихоньку и формируется методология, связанная с управлением временем, расписанием врачей, использованием ресурсов, маршрутизацией, чтобы для пациента процесс был понятен и прозрачен, чтобы он ходил по врачам, а не по мукам.

Смотрите также: Сводки событий от ополчения. Новости Новороссии.